zlobnig_v_2 (zlobnig_v_2) wrote,
zlobnig_v_2
zlobnig_v_2

Categories:

Закрытый сектор: IIASA - п. 9 ч. 30



Гвишиани Д.М.
:

Новым директором ИИАСА стал Томас Ли - американец китайского происхождения, прекрасный ученый и организатор, дружелюбный, располагающий к себе человек. Он почти тридцать лет проработал в компании «Дженерал Электрик», занимаясь проблемами управления и стратегического планирования, руководил лабораторией электромагнетизма и электронных систем в Массачусетском технологическом институте.

В своем первом директорском послании он сформулировал две цели, которые собирался достичь в ближайших три года: придать научной программе института более ярко выраженный стратегический характер и упрочить его финансовое положение. Шаги, необходимые для достижения этих целей, Ли назвал «довольно болезненными».


Новый директор заявил, что ИИАСА добился определенных успехов, удовлетворяя чисто научную потребность специалистов различных дисциплин в системном анализе, но недостаточно настойчиво преследовал практические цели. По его мнению, институту следовало обратиться к нуждам деловых людей, ответственных за принятие решений. Посоветовавшись с некоторыми своими влиятельными в деловых кругах знакомыми, я порекомендовал Ли внести в Совет института предложение о создании Консультативного совета, в который вошли бы представители промышленных, финансовых и правительственных кругов стран-членов института, участвующие в разработке планов деятельности ИИАСА на самой ранней стадии.

Бывая в командировках в представленных в ИИАСА странах, я, естественно, встречался не только с национальными членами нашей международной организации, но и со многими представителями научных и деловых кругов. Мне выпадала возможность рассказать им о деятельности ИИАСА, о задачах, возложенных на институт его учредителями. Реакция, как правило, была очень благоприятной, и я часто слышал вопрос: чем мы можем помочь вашим благородным устремлениям? Помню, как в Нью-Йорке президент «Кока-Кола» Пол Остин пригласил на обед более двадцати пяти президентов крупных американских корпораций для встречи со мной и Роджером Левьеном. Мы выступили перед ними, рассказав об институте и ответив на многочисленные вопросы, после чего Остин призвал их не ограничиваться вежливым интересом к ИИАСА, а отреагировать в более «выразительной» форме, последовав его примеру. В результате через какое-то время в адрес американского национального члена ИИАСА поступила значительная сумма в поддержку ведущихся исследований. Это запало мне в память, и я надеялся, что Консультативный совет при хорошей организации работы сможет сыграть очень важную роль в дальнейшей судьбе института, повысить его авторитет в глазах людей, принимающих решения не только на государственном уровне, но и во всех сферах деловой деятельности.

Уже в следующем 1985 г. такой Совет был организован.

Его председателем стал президент компании «Пепсико» Дональд Кендалл, заместителем
- глава итальянского Национального исследовательского комитета по проблемам ядерной энергетики и альтернативных источников энергии, член Римского клуба Умберто Коломбо, членами - президент компании «Сименс АГ» Карлхайнц Каске из ФРГ, заместитель председателя Госбанка СССР Валерий Пекшев, заместитель министра внешней торговли Болгарии Георгий Пирински, руководители некоторых крупных банков - всего около шестидесяти представителей Австрии, Бельгии, Болгарии, Канады, Чехословакии, ФРГ, Финляндии, Франции, ГДР, Венгрии, Италии, Японии, Нидерландов, Польши, Испании, Швеции, Швейцарии, СССР, Великобритании, США. Многие из наших членов Совета одновременно входили в состав Международного Венского Совета по новым инициативам в сотрудничестве между Западом и Востоком и могли совмещать приезд в Вену для участия в заседаниях обеих организаций. Скоординировать это было не трудно, так как я в то время был также и президентом Международного Венского Совета. Всю организационную работу по Консультативному Совету ИИАСА вел ведущий сотрудник ИИАСА Томас Джозефи, который был одновременно назначен заместителем генерального секретаря Международного Венского Совета.
____________________________________________

Валерий Пекшев впоследствии

- заместитель председателя ЦБ РФ (ещё один зам. Геращенко)) 1994 год?

- председатель совета директоров КБ «Восток-Запад»


– Председатель правления Войтенков, который ныне возглавляет «Монтажспецбанк», его заместители и некоторые члены правления. В том числе – председатель совета директоров КБ «Восток-Запад» Валерий Пекшев, раньше занимавший должность заместителя председателя Госбанка СССР. Пекшев выдал «Восток-Западу» банковскую лицензию. И вскоре сам возглавил банк. Я напомню, что статья в газете построена на рассказах «одного из крупнейших деятелей Госбанка СССР».

Вот, например, печальная история банкротства ОАО «Инвестиционный банк «Восток—Запад». Управляла этим банком компания «Объединенная финансовая группа». Генеральный директор «ОФГ» — Чарльз Райан, разбогатевший на российском «бизнесе» американский политик и предприниматель, желающий, по некоторым данным, стать сенатором. Все вопросы взаимодействия «ОФГ» с «Востоком—Западом» по доверенности Райана решал соучредитель компании, известный отечественный предприниматель и политик Борис Федоров. Большего профессионала трудно себе представить.

например, на баланс банка «Восток—Запад» векселя компаний-пустышек на 38 318 500 рублей. Банк эти векселя на баланс берет, но документы об их происхождении уничтожает. Потом эти векселя продаются «Автоэкспорту» — одной из компаний группы АТЭКС, которая владеет 21,9 процента уставного капитала «ITC», с оплатой «электронными» деньгами внутри банка. После эти векселя снова продаются банку, который в тот же день продает «Автоэкспорту» вексель «ITC» номиналом во все те же тридцать восемь миллионов триста восемнадцать с половиной тысяч рублей, который в отличие от векселей-пустышек имеет реальную ценность. Результат незамысловатой операции впечатляет — при помощи некоторой ловкости рук и знаний финансового законодательства «Автоэкспорт» стал владельцем векселя компании, в собственности которой находится весьма дорогостоящее здание в самом центре столицы — тот самый бизнес-центр на Поварской, а банк «Восток–Запад» принял на баланс ничего не стоящую «ценную бумагу».

Точно такие же, с небольшими вариациями, схемы были использованы в отношении других векселей «ITC» на сумму более десяти миллионов долларов по текущему курсу. А валютную задолженность «ITС» «Восток–Запад» конвертировал в рублевые беспроцентные векселя с погашением в 2024 году. Можно себе представить, чем станут эти рубли за тридцать лет.

Финансовая деятельность руководства «Востока—Запада» по выводу денег из банка за пределами России не ограничивалась. 5 марта 1998 года банк разместил депозит в 375 тысяч долларов на корреспондентском счете Сбербанка России в печально известном Bank of New York. 14 октября 1998 года, уже после дефолта, эта сумма плюс проценты (всего 391 765 долларов) по распоряжению тогдашнего президента банка Парфененко переведена на корреспондентский счет банка «Восток—Запад» в банк CSFB и в тот же день списана в пользу кипрской компании Parbury Trading Ltd, входящей в «ОФГ» под руководством все того же Бориса Федорова. Деньги перевели без согласования с председателем ревизионного комитета банка, который, согласно решению совета директоров, должен был визировать любой вывод денег со счетов «Востока—Запада». А поскольку руководство банка знало о фактической несостоятельности банка на тот период времени, то действия по выводу денег явно способствовали снижению ликвидности банка в ущерб клиентам и партнерам. В российском Уголовном кодексе на этот счет отдельная статья есть, за номером 195.

Даже при мимолетном взгляде на деятельность «Востока—Запада» прослеживаются две странные закономерности: деньги из банка выводились перед самым дефолтом и сразу после него, когда, по расхожему выражению финансистов, банк «плотно сел на картотеку». То есть когда требования клиента банк принимает, но по ним ничего не платит. Причем деньги «Востока—Запада» получали фирмы, контролируемые бывшим председателем совета директоров банка Борисом Федоровым и без пяти минут сенатором США Чарльзом Райаном. Так, например, 11 августа 1998 года в пользу компании Arroll Investments Ltd со счета «Востока—Запада» в Republic National Bank of New York было переведено 1 997 500 долларов. 18 августа 1998 года с того же счета «Востока—Запада» были переведены 152 750 долларов в пользу Tilden Trading Ltd, а в пользу Parbury Trading Ltd со счета «Востока–Запада» в Deutsсhe Bank — 920 тысяч долларов. 25 августа 200 тысяч долларов были переведены в Arroll Investsments Ltd. Если бы партнер Федорова Чарльз Райан попробовал провернуть такую операцию по вывозу денег в Штатах, то, по местным законам, штрафом бы он не отделался. Американский закон к таким финансовым шалостям строг. Все, как в старом отечественном фильме: украл, вывез — в тюрьму.


1. Отозвать с 6 февраля 1999 года  лицензию  на осуществление банковских операций (генеральную) у ИНВЕСТИЦИОННОГО  БАНКА
"ВОСТОК - ЗАПАД" - ОТКРЫТОЕ АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО(ИБВЗ)(зарегистрирован Банком России 17 июня 1992 г. N 1930).


Валерий Пекшев: «В советское, да и в постсоветское время продажа золота и драгоценностей из Гохрана происходила в обстановке особой таинственности. Вопрос о продаже даже ста килограммов золота решался на уровне первых лиц Политбюро за закрытыми дверями. Кроме Брежнева, об этом знали только три-четыре человека, и я в том числе. Так было и при Андропове, и при Черненко, и при Горбачеве, и, я думаю, что и при нынешнем президенте все осталось так же. Поэтому история с Козленком, умудрившемся вывезти государственных драгметаллов и изделий на сумму почти в двести миллионов долларов, вызывает, мягко говоря, большие сомнения. Просто так взял и вывез? Не может быть...»

просто интересная статья

"Золото партии"… Всего два слова, сведенных воедино, на протяжении как минимум 10-12 лет будоражили нашу страну. Политики, литераторы и кинорежиссеры использовали эту тему как могли: разоблачали, писали, снимали. Так, например, почти 15 лет назад на экраны вышел политический детектив Всеволода Шиловского "Кодекс бесчестия". Основная интрига сводилась к тому, что "злобные гэбисты", окопавшиеся в совзагранбанках и наворовавшие себе несметные средства при перекачке денег КПСС, мало того что установили рабочие связи с итальянцами-мафиози, так еще и убивали всех, кто пытался приоткрыть завесу тайны над их операциями. Причем смерть настигала не только ревизоров, приезжающих из родного Отечества, но и случайных свидетелей, и даже членов семей их коллег.

Если отвлечься от художественных достоинств фильма и сконцентрироваться на сюжетной канве и психологическом заряде, который он несет, то с учетом реалий того времени можно сказать, что фильм является классическим примером спецпропаганды, навязывающей определенные стереотипы. Таким, например, был в свое время сериал о Рэмбо или советский ответ на него - фильм "Одиночное плавание". Впрочем, довольно о кино. Обратимся лучше к истории.

В Цюрихе, где происходит основное действие фильма, был только один советский загранбанк: "Восход Хандельсбанк" (Wozсhod Handelsbank). И высокий начальник, проверявший этот банк, действительно скоропостижно скончался. Но вот вопрос, что же произошло в центре швейцарской деловой жизни в 1984 г. (а не накануне ГКЧП, как явствует из фильма) и кому и чем так мешал активный совзагранбанк в Цюрихе, совсем не так прост, как это преподносится в кинодетективе.

Похождения желтого металла

Эта история началась не с создания банка "Восход Хандельсбанк" в 1965 г., а с решения президента США Рузвельта. После Великой депрессии он ввел госмонополию на все операции с золотом и объявил фиксированную цену для этого металла - 35 долл. за тройскую унцию.

В 1944 г. в американском городке Бреттон-Вудс на Международной финансовой конференции было принято Положение о Международном валютном фонде (МВФ) и создана новая мировая валютная система. Она опиралась на золотой стандарт, доллар стал резервной валютой, и было провозглашено, что национальная валюта США не хуже золота. В Форт-Ноксе к 1949 г. хранилось 21,8 тыс. т золота, принадлежавшего США. Там также предпочитали держать 9,3 тыс. т своего золота центральные банки ряда европейских стран. Все это составляло примерно 75% мирового запаса драгоценного металла. Торговля золотом проводилась в Лондоне на межгосударственном уровне по установленной США цене на доллары. Американцы искусственно держали курс и всякий раз, когда цена на золото начинала подниматься, загружали бомбардировщик "Б-29" золотом и отправляли его в Лондон для интервенций. Многие восстановившиеся после войны страны данная система вскоре перестала устраивать.

И, как это всегда бывает, в условиях дефицита и ограничений в разных странах появились свои подпольные рынки золота. Потянулся след контрабандных операций, в которых участвовали и арабские шейхи, самозабвенно любящие золото, и создавшие ювелирную промышленность, являющуюся одной из лучших, итальянцы. Все они нелегально решали свои проблемы. Появилось множество черных и серых (полулегальных) рынков золота.

Система постепенно расшатывалась. В 1965 г. Шарль де Голль предъявил большое количество долларов, накопленных Центральным банком Франции, и потребовал обменять их на золото. Это явно не способствовало укреплению доллара. В результате этой и подобных операций в конце 1960-х гг. у американцев осталось лишь 8,6 тыс. т золота. Тогда и пришлось отказаться от стандарта и обязательного обмена доллара на желтый металл.

В 1968 г. рынок золота был разделен. Государственным валютным органам разрешалось торговать между собой только по прежней, официальной цене. Частные же торговцы теперь могли работать, и цены на золото у них могли колебаться как угодно. Образовался "двухъярусный рынок". В Лондоне пять специализированных фирм по-прежнему два раза в день в офисе Ротшильда проводили операцию фиксинга, "объединяя" цены продажи и покупки золота в единую цену. Тогда же швейцарские банкиры создали мощный конкурирующий центр мировой торговли золотом. "Золотой пул" объединял три основных гросс-банка, каждый из которых предоставил по 65 т металла. В банках открывались "золотые счета". Банки договорились работать "в складчину", т.е. совместно продавать и покупать золото. Это были: Swiss Bank Corporation, Credit Suisse и United Bank of Switzerland (UBS). Они также котировали серебро, платину и палладий.

Следует сказать, что ограничения касались только стран, ратифицировавших Бреттон-Вудское соглашение и вступивших в МВФ. СССР же мог работать как производитель и на частном рынке. Сталин не торговал золотом, а предпочитал наращивать золотой запас.

А вот за 12 лет после смерти Сталина нами было продано через Моснарбанк более 3000 т золота. Причем большая часть (1244 т) была продана в 1963-1964 г.
Мы производили тогда 200-300 т золота в год, и цифра эта была совершенно секретной. Англичане следили за нашей добычей с помощью спутников. Они также анализировали публикации в советских районных газетах, узнавая таким опосредованным способом, насколько перевыполнен план на золотодобывающих шахтах. Представляя размеры планов, несложно было вычислить объем реальной добычи.

Двумя годами ранее в Цюрихе был организован банк "Восход Хандельсбанк" (названный так в честь советских космических кораблей) с уставным капиталом в 10 млн швейцарских франков. Его акционерами стали Госбанк СССР, Внешторгбанк СССР и несколько внешнеторговых объединений. Основной задачей банка было развитие торговых отношений СССР и других социалистических государств со странами Запада.

неплохой фильм


______________________________________

Следует особо упомянуть некоторых членов Консультативного Совета ИИАС, активно участвовавших и в работе Венского Совета. Среди них канадский сенатор Джек Остин, президент Ассоциации торгово-промышленных палат ФРГ Отто Вольф фон Амеронген, один из основателей ИИАСА Пьер Эгрен, французский сенатор Андре Бетанкур, президент «Электрисите де Франс» Марсель Буато, президент «Креди Лионнез» Жак Дефлассье, президент «Фиата» Аньелли, президент «Банко ди Рома» Ромео делла Кьеза, Здислав Качмарек, заместитель председателя Государственного комитета Польши по научно-техническому прогрессу, президент Шведской Королевской академии инженерных наук Гуннар Хамбреус, генеральный управляющий компании «Рэнк Ксерокс» Джон Комиш из Великобритании, декан школы менеджмента МТИ Абрахам Зигель и многие другие. Этот представительный орган должен был обеспечить живую связь с потенциальными пользователями результатов, полученных ИИАСА, и стать новым форумом для диалога между учеными, промышленниками и политиками Востока и Запада. Важность его, особенно для того тяжелого и напряженного времени, очевидна.

Однако из-за пассивности со стороны дирекции и Совета ИИАСА работа Консультативного совета не получила конструктивного развития, и его потенциальные возможности, к сожалению, не были использованы. В конце концов, его деятельность оказалась неоправданно свернутой. Мне кажется, что Совет и дирекция ИИАСА допустили серьезную ошибку, недооценив его значение и возможности.

Следует подчеркнуть, что первая и вторая цели, выдвинутые Томасом Ли в его первом программном заявлении, были тесно связаны между собой. Только работая над практическими, прикладными задачами, ИИАСА мог укрепить свое финансовое положение настолько, чтобы иметь возможность эффективно заниматься чистой наукой.

Из-за сокращения бюджета в те годы мы были вынуждены свернуть некоторые программы. Расходы ИИАСА в 1984 году составляли 140 млн. австрийских шиллингов, и поскольку было неизвестно, какой взнос внесут Соединенные Штаты, и внесут ли они его вообще, а доходы, полученные из внешних источников, покрыли лишь шесть процентов общей суммы, пришлось обратиться к собственным фондам, к средствам, заработанным институтом. В 1984 г. отдельные прикладные разработки ИИАСА финансировались такими крупнейшими агентствами ООН, как ФАО, ЮНЕСКО, ЮНЕП, ЮНИДО. Продовольственную и сельскохозяйственную программу поддерживали французский Национальный Фонд сельскохозяйственного кредита, Центр исследования продовольственной проблемы Нидерландов, Департамент сельского хозяйства США; средства на продолжение экологических исследований были получены от канадских, американских, французских организаций, к финансированию исследований ИИАСА подключился американский «Фонд Маршалла». Мобилизовать внешние источники финансирования было очень важно. Они, во-первых, подталкивали нас к развитию и углублению научной работы над важнейшими мировыми и национальными проблемами; во-вторых, укрепляли прямые связи с пользователями полученных в институте научных результатов; и в-третьих, оказывались недвусмысленным и непредвзятым показателем качества нашей деятельности. Мы задались целью в течение следующих трех лет добиться, чтобы из внешних источников покрывались 25% общего бюджета института.

Томас Ли руководил институтом преимущественно коллегиальными методами, активно привлекая к участию в принятии всех текущих решений своих заместителей. В это время должности заместителей директора занимали советский профессор Виталий Кафтанов и финский профессор Сегерсталь. Еженедельно проводились заседания дирекции с участием всех руководителей проектов. Внутренняя обстановка в институте более или менее стабилизировалась.


Tags: iiasa, гвишиани
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments